Забота на тысячи лет. Первый энергоблок ЛАЭС отключили. Что дальше?..
21 декабря 2018 года в Сосновом Бору произошло историческое событие — был отключен первый энергоблок ЛАЭС, проработавший 45 лет и выработавший и основной, и продленный ресурс. А в Санкт-Петербурге в конце декабря прошли две пресс-конференции, на которых говорилось о процессе выведения этого энергоблока из эксплуатации. На первой выступали со своими предложениями и вопросами независимые эксперты. На второй об итогах минувшего года и перспективах будущего говорил директор ЛАЭС Владимир Перегуда.
Мнение независимых экспертов
Виктор Шевалдин, который долгое время руководил Игналинской АЭС (в том числе и в начале процесса выведения блоков из эксплуатации), убежден, что информированность персонала и населения о процессе вывода атомных энергоблоков из эксплуатации — это одна из важнейших задач. Ныне он является председателем Общественного совета по экологии и энергетике при самоуправлении города Висагинас и принял участие в пресс-конференции по скайпу. Он рассказал, что еще в конце сентября члены возглавляемого им совета и ветераны ИАЭС ознакомились с Концепцией вывода из эксплуатации Ленинградской АЭС и обсудили ее (стоит отметить, что в Сосновом Бору ни ветеранские организации, ни Общественный совет пока Концепцию не обсуждали). В результате были сформулированы рекомендации российско-литовской экспертной группы.
Отметив, что Концепция «очень хороша», Виктор Шевалдин, тем не менее, донес ряд предложений, которые касаются как властей (местных и региональных), так и Росэнергоатома. Так, при подготовке обновленной версии Концепции предлагается, в частности, дополнить ее оценкой общего количества, вида, категории и классов радиоактивных отходов, которые образуются при выводе из эксплуатации. А также — описанием видов радиационного контроля, в том числе — и в черте Соснового Бора.
Экспертами рекомендуется также разработать и принять закон о радиационной безопасности Ленинградской области с более глубоким вовлечением властей и общественности в процесс принятия решений. А также подумать о социальных гарантиях работникам выводимых из эксплуатации АЭС.
А еще предлагается создать независимую региональную лабораторию по комплексному экологическому мониторингу территорий размещения радиационно-опасных объектов, в первую очередь — Сосновоборского городского округа.
Cлово директора
На пресс-конференции в ТАСС 23 декабря директор ЛАЭС Владимир Перегуда также обратился к теме вывода из эксплуатации первого энергоблока, отметив, что блок «с почетом провожаем на пенсию и начинаем следующий этап его жизненного цикла — подготовку и вывод его из эксплуатации».
В настоящее время идет получение лицензий на вывод блока № 1 из эксплуатации, а сам блок тем временем эксплуатируется в режиме без генерации энергии. Одновременно будут производиться расчет объема образующихся при выводе радиоактивных отходов и разрабатываться документы проекта вывода блока из эксплуатации. В ближайшие 8 лет будет идти выгрузка топлива из реактора и дезактивация РАО.
Директор станции сообщил также, что на ЛАЭС есть собственный комплекс по переработке радиоактивных отходов 3‑го и 4‑го класса, которого достаточно для того, чтобы обеспечить переработку и хранение отходов после вывода из эксплуатации блока № 1.
Вопросы без ответов
Таким образом, отключение энергоблока № 1 ЛАЭС — это лишь первый маленький шаг к многолетнему и много-затратному процессу вывода из эксплуатации. Насколько многолетнему и затратному? Точных ответов пока нет. Но, к примеру, известно, что в настоящее время ни в России, ни в мире нет технологий обращения с радиоактивной графитовой кладкой. То есть пока неясно — что, собственно, делать с графитом, который составляет основу активной зоны реактора. Один из вариантов — законсервировать реактор на месте, обеспечив его изоляцию от внешней среды и охрану. По крайней мере до тех пор, пока не найдут технического решения проблемы, которая, вполне возможно, достанется по наследству нашим потомкам. Ведь, как напомнил на пресс-конференции председатель Общественного совета южного берега Финского залива Олег Бодров, период полураспада радиоактивного углерода С‑14 — около 5700 лет. Означает ли это, что следить за состоянием реактора и охранять его придется сотни, а то и тысячи лет? А если поднимется уровень воды в Балтике (известно, что 6 тысяч лет назад он был на пять метров выше, чем сейчас)?
Вопрос о затратах тоже интересный. Неким ориентиром может служить Игналинская АЭС, где один энергоблок был остановлен в конце 2004 года, второй — в 2009 году. К концу 2014 года там было демонтировано оборудование турбинного цеха первого энергоблока, часть отработавшего ядерного топлива перевезена в сухое контейнерное хранилище на открытой площадке на территории станции. Часть средств ушла на социальные программы для атомграда Висагинас. На все это потратили около 1 миллиарда евро. Согласно новой версии окончательного плана снятия с эксплуатации, с 2014 по 2038 годы дополнительно потребуется 2,6 миллиарда евро.
Кроме этих принципиальных вопросов есть и другие. Например, могут ли жители ближайших населенных пунктов рассчитывать на какие-либо льготы в связи с началом процесса выведения из эксплуатации?
Стоит помнить, что первый энергоблок ЛАЭС — это головной реактор данного типа в стране. То есть на его примере будет базироваться система выведения из эксплуатации всех остальных подобных реакторов в России (всего их 11). Поэтому в Сосновом Бору логично было бы создать научный центр по этой теме. А также наладить хорошее информирование о происходящем как коллектива атомной станции, так и жителей Соснового Бора, Ленинградской области и Санкт-Петербурга и обеспечить открытость в процессе, который важен для всех.
