Перейти к записям
Окт 25 / Владимир Кузнецов

Письмо Премьер министру Литвы

Письмо Премьер министру Литвы       

Саулюсу Сквернялису 

 От

Владимира Кузнецова, Председателя Объединения Ветеранов Игналинской АЭС  2018-08-30 Nr.2

31126, Висагинас, Седулинос ал. 4-104

Уважаемый господин, Saulius Skvernelis.

Я обращаюсь к Вам, т. к., ответ на мое письмо Президенту от 15 07 2017г., по проблемам вывода из эксплуатации ИАЭС, фактически получен ответ от руководства ГП ИАЭС, подготовившего текст, который подписан вице-министром Министерства Энергетики (МЭ) Симонасом Шатунасом. Вероятно, в МЭ не нашлось компетентных специалистов для подготовки ответа. Полученный ответ не содержит конструктивных подходов для решения проблем безопасного вывода (а не «снятия») с эксплуатации энергоблоков ИАЭС. Ввод и вывод энергоблоков АЭС– это международная терминология, которой следует придерживаться в МЭ и в ГП ИАЭС.

Из ответа МЭ, также, следует, что ГП ИАЭС работает без лицензии и «планирует получить лицензию по «снятию» с эксплуатации в 2022 г.». Однако, ГП ИАЭС по проекту UP01 своим персоналом, без лицензии, сейчас, выполняет работы по демонтажу ТК (технологических каналов), являющихся составной частью активной зоны реактора. Фактически, это начало демонтажа реактора. Это нарушение Закона, не замеченное Министерством Энергетики и ядерным регулятором — VATESI. Разборка реактора начата без лицензии. С такой практикой нарушения я встречаюсь впервые за 40 лет работы в атомной энергетике (я работал на 3-х АЭС с РБМК, 40 лет).

Анализ выполняемых демонтажных и других работ, показывает

наличие ряда несоответствий требованиям: ОПБ АЭС- 88/97 (действующим в

ЛР), «Новой Директивы ЕС о РАО и ОЯТ»-2012 г. и рекомендациям МАГАТЭ.

Так, до настоящего времени, не выполнено требование п. 5.6.2. ОПБ АЭС- 88/97 — «За 5 лет до останова для каждого энергоблока разрабатывается Программа вывода из эксплуатации».  Прошло 18 лет от принятия решения о досрочном останове ИАЭС, энергоблоки остановлены в 2009 г., а Программ вывода из эксплуатации каждого энергоблока нет, до настоящего времени.

Отсутствие Программ, с описанием технических, организационных, финансовых, экологических и других проблем, не позволяет, не компетентным в области ядерных технологий директорам ГП ИАЭС и руководству МЭ принимать технически грамотные решения. Принятие 1-го, затем 2-го ОПСЭ (Окончательного плана снятия с эксплуатации) – это работа по принципу: «решение проблем, по мере их поступления». Такая практика не допустима в сельском хозяйстве, а в ядерной энергетике, тем более.

Вывод из эксплуатации АЭС с двумя УГР (Уран-графитовыми Реакторами) типа РБМК выполняется впервые в мире, и в стране, где нет ядерной научной базы. Тем не менее, для реализации стратегии немедленного демонтажа АЭС, не создан механизм ее претворения в жизнь– инфраструктура, укомплектованная компетентными научно-исследовательскими, конструкторскими, проектными, кадрами.

МЭ Литвы не готово создать «Коричневую лужайку» к 2038 г., как это запланировано, и вот почему:

  1. При отсутствии национальной ядерной научной базы, компетентных кадров в МЭ и в руководстве ГП ИАЭС, не создан механизм реализации стратегии немедленного демонтажа АЭС. На Украине принята стратегия немедленного демонтажа АЭС, но с отложенным на 70 лет демонтажем уран-графитовых реакторов типа РБМК. Это из-за высокого уровня радиации графитовой кладки, отсутствия в мире технологий безопасного обращения с облученным реакторным графитом (ОРГ) и недопустимо высокими дозовыми нагрузками на персонал.
  2. Работы выполняются по 2-му ОПСЭ, т. к., Программы вывода из эксплуатации каждого энергоблока не разработаны. Отсутствие Программ, в которых расписаны подробно все этапы полной ликвидации ядерного наследия: часто меняющиеся директора ГП ИАЭС и руководство МЭ не компетентны и не готовы к принятию технически грамотных решений. Рекомендую им почитать: http://proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=7727
  3. Технология безопасной разборки графитовых кладок РБМК не разработана, 3-х мерная компьютерная модель дистанционной разборки графитовой кладки не создана. И это при не отложенном демонтаже УГР.
  4. Конструкция ЗК (Защитных Контейнеров) для хранения, технология кондиционирования ОРГ (Облученного Реакторного Графита) и удаления из биосферы в глубинное (300,0 м) хранилище не разработаны. Приемлемое место хранения не определено. Бурение скважин для поиска приемлемых мест хранения ОРГ и ОЯТ (Отработавшего Ядерного Топлива) не производится.
  5. Технология транспортировки ОЯТ для спуска в хранилище на глубину 300,0 м не разработана, существующие тяжелые ЗК (80-118,0 тонн) для этого не пригодны.
  6. Подготовка территории АЭС к другой, не ядерной деятельности и ликвидация временных зданий и поверхностных хранилищ РАО в ОПСЭ-2 не предусмотрена.
  7. Проблема хранения или удаления из страны свежего ЯТ в количестве 75 СТВС не решена.
  8. На строительство ИАЭС из чистых материалов в течение 10 лет, (с использованием дешевой рабочей силы -13 тыс. солдат) затрачено 3,5 млрд. €. Планируемые затраты 2,6 млрд. €, на ликвидацию «грязной» АЭС явно занижены. На полную ликвидацию «грязной» ИАЭС потребуется более 50 лет, и намного больше финансовых средств.
  9. МЭ и Государственный ядерный надзор ЛР — VATESI, со своими обязанностями не справляются.

Прошу принять мои извинения за обращение к Вам, а не в МЭ. Здесь отмечена неудовлетворительная работа VATESI, который не подчиняется МЭ.

С глубоким уважением,

Председатель ОВ ИАЭС          30-08-2018                                           Vladimir Kuznecov

 

0
Написать нам

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: